Дирк Питт, специалист NUMA, получает задание: найти «Титаник» с помощью новейшего оборудования. Его команда — Аль Джордино и доктор Джина Смит — исследует дно Атлантики. Водолазы в ржавых скафандрах ковыряются в иле, находят обломки. Советский агент Андрей Превин следит за операцией. Он угрожает Питту в баре, хрипло шепчет: *«Это не ваше дело»*. Питт обнаруживает в трюме редкий минерал — борис. Корабль начинают поднимать, но тросы лопаются. Гидравлика скрипит, металл стонет. Океан не хочет
**Марк, 34 года, бухгалтер.** Возвращался с работы поздно, купил в «Пятерочке» пельмени и пиво. Во дворе его ждали двое в черных куртках: «С нами пойдешь». Затолкали в серый микроавтобус без номеров. **Ольга, жена Марка,** заметила пропажу через три часа. В холодильнике стояли нераспечатанные пельмени. Нашла в кармане его пиджака чек из магазина — 21:47. Звонил неизвестный: «500 тысяч к утру, или он замерзнет». Ольга дрожащими руками пересчитывала деньги на кухне. За окном валил снег.
Лукас, 35 лет, работает ночным сторожем на складе в пригороде. Каждый вечер он ест один и тот же бутерброд с колбасой, пьёт тёплое пиво и слушает старые радиопередачи. Вчера соседка, Алла Петровна, оставила у двери записку: «У вас опять свет не выключен». Он смял бумажку, бросил в ведро. Утром на автобусной остановке девушка в красном шарфе уронила перчатку. Он поднял, но она уже села в маршрутку. Перчатка пахнет духами. Теперь лежит у него в тумбочке.
В начале был Хаос – бесформенная тьма, холодный вихрь частиц. Уран, небо, сжал Гею, землю, в объятиях. «Ты будешь твердой», – прошептал он. От их союза родились титаны: Океан обвил мир солеными водами, Кронос заточил отца в Тартар. Рея, дрожа, завернула в пеленки Зевса, спрятав в пещере на Крите. Гея стонала под тяжестью городов, люди копали в ее теле рудники. «Хватит!» – и она разверзлась, поглотив Атлантиду. Боги спорят до сих пор: кто виноват?
Борис сидит на кухне, пьёт чай с вареньем. За окном — грязный снег, мартовская слякоть. Настя звонит: «Ты опять не вынес мусор?» Он молчит, ковыряет ложкой засохшую смородину в банке. Вчерашний разговор с начальником вертится в голове: «Боров, ты вообще живой там?» Автобус №17 хрипит на остановке. Борис идёт по улице Ленина, спотыкается о трещину в асфальте. В «Красном октябре» пахнет жареным луком. Ольга Петровна за стойкой вздыхает: «Опять солянку?» Он кивает, разминает онемевшие пальцы.
**Стив копал уголь у подножия холма, когда услышал рычание. Из-за дуба вылез зомби в рваном камзоле. «Опять…» — пробормотал он, доставая каменный меч. Через час, залечив царапины тушёной свининой, Стив спустился в шахту. Лава шипела под ногами, а в сундуке лежали три алмаза. «Хватит на кирку», — решил он, но вдруг земля дрогнула. Из тени выскочил крипер. Взрыв разнёс стену, открыв пещеру с зелёными наростами. «Что за…» — Стив потянулся к факелу, но что-то схватило его за ногу.**
Марта, 32 года, работает в пекарне «Ржаное солнце». Утром замешивает тесто, вечером – смотрит сериалы с кошкой Бубой. В соседнем доме живёт Илья, инженер-акустик. Он покупает у неё булочки с корицей по вторникам. — Опять пересолила? — спрашивает он, морщась. — Это специи, — бурчит Марта, заворачивая ему ещё одну в бумагу. Однажды Илья приносит баночку ванилина из Нигерии. Марта добавляет её в тесто – булки разбирают за час. Теперь они пьют кофе на её кухне, а Буба спит у Ильи на коленях.
**Сентябрь говорит.** Лена сидит на кухне, пьёт остывший чай. За окном — серый двор, мокрый асфальт. В комнате Вадим собирает рюкзак: тетради, ключи, пачка сигарет. «Опять забыл завтрак», — бросает Лена. Он хмыкает, застёгивает куртку. На лестнице скрипят ступени, хлопает дверь подъезда. Лена смотрит в окно: Вадим идёт, спотыкается о разбитый бордюр. Телефон вибрирует — сообщение от мамы: «Привези таблетки». Лена вздыхает, достаёт из шкафа пустую коробку от «Нурофена». На часах 8:17. Дождь
Очи — слепой массажист из Токио. Он живет в тесной квартире, разогревает еду в микроволновке, запоминает клиентов по голосам и запахам. Его соседка — студентка Кирико, которая вечно опаздывает на лекции. Однажды она просит его помассировать плечо: «Ты же на ощупь всё находишь?» Он смеется: «Даже синяк от вчерашней пьянки». Потом приходит Такеши, старый клиент с грубыми руками, и шепчет: «Меня разыскивают». Очи чувствует, как у того учащается пульс. На улице ждут двое в чёрном.
Детектив Джек Риверс, вечно с сигаретой в зубах, расследует убийство наркодилера в порту. На месте – разбитая бутылка текилы, следы шин «Мишлен», клочок газеты с обведённым адресом. Его напарница, лейтенант Моралес: «Опять эти ублюдки с Южной 12-й». Джек звонит информатору: «Ты видел белый фургон?» В ответ – гудки. Ночью он врывается в подпольный цех, хватает за шкирку местного барыгу: «Где Кастро?» Тот плюёт кровью: «Он уже мёртв». Внезапно дверь с треском вышибают – это спецназ, но не их.
Володя, бывший моряк, живет в рыбацком поселке. Утро: он чинит сети на кухне, за окном — шторм. «Опять не выйдешь», — бросает жена Настя, разливая чай. В порту местные обсуждают пропавшую лодку. Вечером Володя находит ее у скал, пустую, с пробитым бортом. В кабаке «Волна» мужики шепчутся про контрабандистов. Ночью он выходит в море один. В тумане — огни чужого судна. Выстрел. Утром Настя ждет у причала. На горизонте — только чайки и рёв волны.
Марк и Лена арендуют домик у озера. Он хочет наладить отношения, она — отдохнуть от работы. В первый вечер Лена находит в шкафу старую фотографию: семья, 1982 год. «Кто это?» — спрашивает она хозяина. Тот пожимает плечами: «Прежние жильцы». Ночью Марк слышит шаги на крыльце, но за дверью никого. Утром в холодильнике пропадает еда. Лена смеётся: «Ты съел и забыл». Вечером они находят детскую рубашку в траве. Телефон не ловит. Дорога назад размыта дождём.